Птица АГИКИ

Птица АГИКИ

Почему же АГИКиИ аббревиатура названия Арктического государственного института культуры и искусств так похожа на птицу Агугук? Потому что он мог услышать, а мог и не услышать шума крыльев. Это ориентир и направление, и путь к спасению. И институт наш, рождается, как птица лувр, которая по северной легенде создает землю из своего оперения...

Каким должен быть выпускник нашего института? Всесторонне образованным. Он должен «знать, что он знал». В этой мысли в отличие от сократовской «я знаю, только то, что я ничего не знаю», нет пессимизма и безнадежной погони за суммой знаний, которая все глубже убеждает тебя в том, что чем больше ты знаешь, тем очевиднее твое незнание... Я знал... Поэтому я спрашиваю у себя. Я читаю Сократа, чтобы вспомнить, что я знал... И тогда отзывается во мне вселенский голос и пробуждается генная память. И тогда я могу явить миру свою, необщую, идею и прозвучать своей нотой в земном бытии. За этим стоит творчество, индивидуальность культуры... Обновлением ума своего преобразуйся...

Не максимальное забивание информацией, а включение познавательного инстинкта, аналитических способностей, эмоциональных вибраций, благодаря которым созревает оригинальная личность художника, критика, теоретика, исследователя. Я помню, у нас философию читал бывший священнослужитель, который обратился в марксисты. По всему было видно, что он беден, ходил в рабочей фланелевой куртке-спецовке и в старых сандалиях. Он много чего говорил нам, но я запомнил только удивительный густой голос, который вещал о тайнах познания, два имени и одну фразу: Иеремия Бентам, Иммануил Кант. «Категорический императив». Мне хватило этого, чтобы я начал читать и погружаться в глубины философской мысли.
Интересно то, что оба эти философа до сих пор волнуют меня. Бентам своим утилитаризмом, где все полезное нравственно; а Кант, конечно, «звездным небом над головой и нравственным законом внутри нас».
Когда открывали учебный год, на сцене Саха театра был сооружен круг семиметрового диамет¬ра, наклоненный к студентам в зрительном зале. На нем была изображена карта Арктики. На сцене перед кругом сидели преподаватели. Я тоже сидел перед этой наклоненной чашей — кругом и вспомнил, как мой учитель Андрей Гончаров повторял изречение Герцена о том, что «каждый вечер в зрительный зал со сцены опрокидывается чаша с содержимым, уже находящимся в зрительном зале».
Молниеносно проносились в эту секунду мысли-образы — все студенты, находящиеся в зрительном зале живут в самой холодной части планеты, и у нас простая, на первый взгляд, миссия — напомнить им о том, что они уже знали, впитали с молоком своих матерей, живущих на этой суровой земле. Возглас студента: «так я же знал это!» будет самой большой радостью для нас.
Может быть, настало время, когда необходимо передать кому-то все, чем я владею. Я хочу преподавать. Может быть, преподавательский опыт у меня не так велик, но я сам прошел различные теат¬ральные школы и много видел. Если в школе Малого театра, где я учился актерскому мастерству, в одаренных студентах открывают индивидуальную органичность (что хорошо для тепличных условий), то в ГИТИС-е Гончаров «ввинчивал ремесло», я вижу пути сочетания этих школ, в результате «ввинченное ремесло» должно рождать, образно говоря, не гончарные сосуды, а чорон.

 

Вернуться назад  

Иван Шакуров

И.Ю. Пестряков

Афиша

Олоҥхо театра X-с сезонун арыйар
Олоҥхо театра Xс сезонун арыйар Алтынньы 15 күнүгэр киэһэ 17.00 чаастан Алтан Сарын "Эллэй Боотур" айымньытынан...

Поиск